Кто поверит в этот бред? До смешного заниженные цифры. Планомерный ход СВО вышел уже на пятый год поступательных наступательных операций, мужественно оставлен и героически занят снова Купянск (операция, оставившая НАТО без стратегических резервов), а из ТАСС на россиян вылили таз уже давно прокисшей информации.

Полтора миллиона! Только убитыми — и только в первый год войны. Не считая иностранных наемников и негров. Сегодня же общие потери Украины на бывшей Украине составляют порядка девяти миллионов убитыми, ранеными и пленными. Это легко подтверждается тем очевидным фактом, что российская армия с каждым годом должна была воевать все лучше и лучше.

Теперь к технике — не секрет, что только в 2022 году карательные танковые корпуса ВСУ потеряли несколько десятков тысяч танков и бронемашин. Спрашивается — а могли они терять меньше в последующие годы, если на Киев работали объединенная Европа и Соединенные Штаты? Одних «Леопардов» надо считать сотнями, но еще лучше — тысячами. Тысячи «Брэдли», сотни премиальных «Абрамсов».

С потерями украинских авиабанд также не все ясно. Видимо после увольнения легендарного Игоря Конашенкова в же, качество сводок резко упало и теперь в МОРФе просто забыли добавить нолик. Или два. Кроме того, к этим нолям нужно присовокупить дроны и беспилотники, в бесчисленных количествах разбивающиеся сегодня об оголенное мужество российских тружеников тыла и переда.

Наконец, не указаны общие военно-морские потери Украины. А это сотни подлодок и торпедных катеров, десятки крейсеров и авиаматок, которые ВСУ могли спустить на воду, если бы не упреждающие удары СВО. Да, морякам России дорого пришлось заплатить за этот успех, но зато теперь ни один украинский корабль не угрожает флагману и другим кораблям Черноморского флота.

Итак, Украина несет потери, тогда как Россию ожидает масса приобретений. Так, приобретена уже на свою голову новая элита, обещающая россиянам счастливое соседство с ветеранами СВО. И это, как говорится, только начало.

A propos, как насчёт небольшого цикла по Мартину? Это будут объединённые общей темой бессвязные заметки с обширными отступлениями.

Никто не против, все за? Хорошо.

В последнем сериале сцена с избиением дорнийских кукольников была показана куда ярче, чем в книжке. В обоих случаях мы знали, что неприятный таргариеновский принц возмутился тем, что картонный дракон проиграл бой такому же рыцарю — а, возмутившись, стал крушить балаган, ломать пальцы и вообще безумствовать. И современниками, и читателями дело понимается так, что кукольники просто делали своё дело, а принц-сопляк — хуй.

Но если в книжке о постановке сказано буквально несколько слов, без всякого акцентирования, то в кино мы видим, с каким мастерством дорнийцы пускают дракону бумажную кровь. Мы видим также, что Тансель замечает в толпе принца и мгновенно понимает, что дело пахнет пиздюлями. Для неё последующие телесные повреждения не стали неожиданными.

А почему? А потому, что, переводя случившееся на язык официального протокола вестеросской полиции III века от Завоевания Эйгона, на турнире произошло публичное оскорбление герба правящей династии. С особым цинизмом. Уроженцами Дорна, которых жители центральных областей Вестероса на российские рубли считают какой-то смесью чеченцев и цыган.

В Эшфорде — городе, что расположен на границе этого самого Дорна, по историческим меркам сравнительно недавно ставшего частью Семи королевств.

Продолжая переводить происходящее на российские рубли, представьте себе, как в 2026 году из Грозного в Будённовск приезжает труппа артистов Чеченской Республики, дон, и даёт представление о лихих джигитах и врачах роддома. Представьте ещё, что жители России не ссутся при виде абреков, а правящая династия не использует дорнийцев в качестве своих «эскадронов смерти».

Теперь посмотрим на ту же ситуацию снова. Таргариеновский принц не семи пядей во лбу, но кое-что, как видно, понимает.

Понимает, например, что дела у наследников Эйгона I, списанного Мартином Джорджевичем с Гийома Ублюдка, ака Вильгельма Завоевателя, идут не то чтобы очень плохо, а прямо-таки хуёво. Собственно, то обстоятельство, что передовые феодальные круги Вестероса ещё не поставили ребром вопрос «а нахуя нам вообще эти инцестники?», зависит исключительно от авторской воли, создавшей средневековое государство размером с Южную Америку.

Принц, вероятно, догадывается, что особых перспектив у Таргариенов нет. Эйгон, очень бледная копия Вильгельма Завоевателя, захватил большую часть Вестероса при помощи суперчита — трёх драконов (одного из которых он умудрился просрать всё тем же дорнийцам), после чего занялся всякой хуйнёй вроде половой ебли с сёстрами. Его прототип добился куда большего, ибо честно победил на поле боя, а после переписал всю английскую собственность на себя и своих французских рыцарей.

Что из этого сделал наш Эйгон? Правильно, нихуя. Сменились только лорды Штормовых земель и Простора — и то не все, а лишь местные правящие династии. Остальные, включая и хитрожопых Ланнистеров, остались на своих местах, преспокойно сменив королевский статус на высоколордский. Ну, хорошо — с драконами, скажут нам, Таргариены могли положить на это дело толстый хвост. Зачем суетиться.

Но теперь-то драконов нет! Они погибли за сто лет до рассматриваемых событий, оставив династии один только символ. И принц, как подсознательный диалектик и материалист, понимает, что пиздец — близко. Что нет ни хвостов, ни вызовов, которые могли бы хоть на время удержать Семь королевств вместе. Не идут из-за Стены джихады Белых Ходоков, не мешают жить далёкие рабовладельцы Эссоса.

(Есть только Блэкфайры — претенденты на корону, но это уже личные династические проблемы Таргариенов.)

Осознавая происходящее, принц надеется сам однажды переродиться в дракона — этим автор пытается сказать нам, что данный персонаж ебанутый, но мы с вами не верим словам. Он может быть и шиз, но не дурак — и главную проблему всея саги определил точно: без драконов он нам и нахуй не нужон, ваш единый Вестерос. Всё висит на соплях, а тут ещё эта дылда на потеху толпы выпускает кишки символу государственности.

(с)

Небольшой итог четырех лет войны.

1. Украинская пропаганда работает так, что пыньковским охранителями пришлось урезать россиянам хуек под самый корешок. МАХимально. Ау? АУЕбаны, вы это честно заработали.

2. Тактическое окружение Киева, Харькова, Одессы, Херсона сменилось стратегическим ободком унитаза, с восточной стороны которого выступают русско-корейские полки, а с западной — венгерско-словацкие мудаки.

3. Спецназом МО ГШ ГРУ ФСО ОГПУ МФЦу РФ берутся под контроль самые важные объекты инфраструктуры России: ее генералы и другие пидорасы, а также стратегическая авиация, сколько ее там еще летает.

4. Потери Российской армии стали уже настолько минимальными, что получили отрицательное значение. Всплыл и улетел на небо крейсер «Москва», а с кладбищ встают и идут подписывать новый контракт zомби. Спасибо, говорят, Ладим Ладимычу за возможность хоть ненадолго ощутить себя живыми.

(Жива, кстати, и Zаписка Vытирана — все еще держится на педеровой информационной войны.)

5. На ВСЕХ направлениях наступление идет опережая планирование — и наоборот. Этот стратегический дуплет солью в задницу стал возможным благодаря взаимодействию глобуса Верховного, докладов Герасимова и обоссаных штурмовиков.

Если темпы не будут сбиваться, если спецназ России отобьет Мадуро, а потом захватит Зеленского, если танки Армата грозно урча выйдут на боевые позиции, если на фронте перед ВСУ появится наконец та самая российская армия с ПРИКАЗОМ на ПОБЕДУ, то режим укрорейха падет. Уже, конечно, не так скоро, как в феврале 2022, но все-таки.

Наблюдаем.

(с)

Чего ожидает неподготовленный человек, вскормленный на историях о «коварном Альбионе» и «Севастопольской побудке», от британской армии в Крыму? Он ожидает небольшого, но первоклассно технически оснащённого войска, солдаты в котором «ружей кирпичом не чистят», зато лихо высаживаются на берег, провожаемые гудками парового Королевского флота. Ожидает, что все они, от солдат до генералов, — суровые вояки, прошедшие практику во множестве колониальных конфликтов по всему миру. Что недостаток численности с лихвой восполняется профессионализмом.

А что же он получает на деле?

Главнокомандующий армией последний раз воевал при Веллингтоне, в адъютантах железного герцога. Его офицеры в буквальном смысле купили должности, справедливо полагая теперь их своими. Поэтому, если армию и удавалось вытянуть на какие-нибудь манёвры, то дело сводилось к шагистике. Если только шеф какого-нибудь прославленного полка вообще не разворачивался обратно, оскорблённый соседством с «этими болванами». Единственный эффективный командир высадившейся в Крыму армии в силу своей бедности дослужился к этому моменту лишь до полковника.

Разумеется, что на Чёрное море отправились не войска из колоний — те самые «прокуренные» и «прожаренные», а зелёные сопляки из метрополии: формально лучшее, что было у королевства. Эта плохо подготовленная ко всему, кроме парада, орава не имела ни хорошей обозной службы (её оптимизировали, передав гражданским), ни опыта взаимодействия с собственным флотом — традиционная и забавная особенность для морской державы.

Говоря проще, у британцев не было ни нормальных полевых лагерей, ни походных госпиталей, ни службы снабжения. Зато солдаты и офицеры брали с собой жён и женщин, а генералы — своих штатских приятелей, пожелавших поглядеть на войну. Естественно, что и погрузка, и высадка в Крым происходили с чудовищной бестолковостью и примерным запозданием по всем срокам, всякий раз отставая от французского союзника.

В связи с этим завораживает уверенность британского правительства, отправившего такое войско на Севастополь — одну из двух главных военно-морских баз Российской империи, располагавшей миллионной армией. Как если бы человек с сосулькой бросился колоть огромную, поросшую мхом глыбу, а та возьми… и расколись.

Почему?

Во-первых, потому что, находясь в обороне или безнадёжно перемешавшись в атаке, английские, шотландские и ирландские солдаты умели выстраиваться в «тонкую красную линию» — задача тактически не сложная, зато позволявшая реализовать преимущества нарезных винтовок и просто стрельбы по наполеоновским колоннам царской армии. От офицеров тут требовалась лишь личная храбрость, а с ней в британской армии всё было в порядке.

Во-вторых, все вышеперечисленные ожидания от Великобритании были вполне оправданы Францией. Её генералы прошли суровую школу колониальной войны в Алжире, а французская пехота умела перестраиваться в бою, взаимодействуя с полевой артиллерией и собственным флотом. У французов были маркитанки, фуражиры, палатки и санитарные повозки. На всё это техническое великолепие томми могли лишь облизываться, но главное — французы могли и умели наступать.

Естественно, что именно они и выиграли Крымскую кампанию.

Военно-полевого чуда не произошло: в завершающих боях вокруг Севастополя истощённая потерями, совершенно выдохшаяся британская армия не сыграла даже отвлекающей роли — её солдаты просто отказались вылезать из траншей. Тогда это сочли национальным позором, краснея от галльских насмешек. (До 1917 года оставалось ещё много лет.)

Потом обнаружилось, что Наполеон III переиграл и британских дипломатов, Парижским миром проигнорировав большинство требований Великобритании. Неудивительно, что Восточную войну британцы не любят, вспоминая главным образом об «уникальной кавалерийской атаке» Кардигана (как будто прежде кавалерия не брала батарей, ха).

Какие выводы можно сделать? «Британское хитроумие» часто переоценивали за счёт островного положения и связанной с ним морской силы — это раз; без французского участия Крымский десант закончился бы очень печально (если б вообще начался) — это два.